Евгений Туренко «Сопроводительное письмо (Элементарная поэма)»

Евгений Туренко. Сопроводительное письмо (Элементарная поэма): Вторая книга восьмистиший. Нижний Тагил, Объединение «Союз», 2007. 58 с.
Художник обложки Евгения Стрелкова.


 Изображение обложки кликабельно.


 

ПУТЕШЕСТВИЕ

 

 

ПУТЕШЕСТВИЕ

                         

                               Татьяне

 

Помолчи, постарайся, прости – я

идиот. Потому что Россия

отвечает всегда не со зла

из дупла,

 

 

где кукушка троится медведем.

Мы опять мимо времени едем

и гортанную песню орём

не вдвоём.

 

 

 

БУКВА

 

                                                   

так распрямляешь душу донага

на волосок от жизни до любви

от родинки без памяти когда

бессонный снег свивается в круги

 

 

ты знаешь всё от страха и стыда

и ни о чём не спросишь никогда

она глядит и плачет и молчит

и липкий свет вокруг многоочит

 

 

+   +   +  

                                                                                                        

Не вспоминай, не жалуйся, не жалей.

Ваша тюряга вкрадчива –  чем вина

между собой похабнее и наглей, 

тем! – остаются мёртвые имена.

 

 

Вон – за конвойной праздностью – за тобой

отзвук вникает, в дуру, с утра – к утру.

Хлеб набухает светом и тишиной.

Всё ещё жду, как выродок…

Вру – как вру.

 

 

 

СЛЕД

 

Не жалуюсь картавым матом

то не о чём

                       то ни о чём

ни по пятам

                          ни пятым

а не потом

                                     а днём

 

 

вдаль не впуская с краю

честность твою свою

в прятки

                    нет не играю.

Завтра

                  молчу

                                  говорю.

 

 

+   +   +  

 

 

Автопортрет идиота.

Масло. Картон. 50

на 50.

Одиноко-

типологический взгляд.

 

 

Рожа! – и уши дотошно…

В общем, конкретное чмо!

Знаешь, что! – я не нарочно.

Так получилось само.

 

  

 

+     +     +   

 

Завистливую тварь

Любить – как не себя.

Убей или ударь,

Нельзя не говоря, 

 

 

Живи, а не молчи.

И радости – твои.

Как в точности – одно.

Слепому не темно.

 

 

 

+   +   + 

                    

                   Андрею

 

Недотыкомка живёт

до весны на зоне.

Не старательно, как – мёд…

и сосёт без соли.

 

 

Ты прости меня, пойми,

умирать не рано, – 

остаются только дни,

абсолютно, справа. 

 

 

 

 

+     +     +

 

Не сказать неловко:

штопанный мешок.

Не тебе, дешёвка,

разевать роток,

 

 

потому что эхо,

потому что свет,

потому что небо.

Потому что – нет. 

 

 

 

 

+ + +

 

 

Не ты себе судья.

А завтра не светло.

Здесь каждый за – – дитя.

Там, сроду, никого.

 

 

Отдай моё, а то

я не умею ждать.

Никто себе – никто.

Век воли не видать.

 


+   +   +

 

 

Сколько чуточку ни пей,

скоро не пройдёт.

Но по совести своей –

полный идиот.

 

Вдоль верёвочки без мыл –

мёртвая петля.

Падай, я тебя убил,

милая моя.   

 

 

 

+   +   +  

                        Ленке (Сунцовой)                     

 

Потому, что:  идиотик!

А тычинке – пестик.

Отдалённо самолётик

обратится в крестик.

 

 

Откровенно, что к больному –  

дела никакого. 

Отдавайся по любому

за живое слово.

 

 

 

 

+   +   +    


                                 Лёше

 

Муравьиная – так! – мамка

Не внушает жалеть целку.

Не для вечности дров жалко,

А по месту скривишь мерку.

 

 

Или крови терпеть больно,

Или жарко – когда скучно…

Светит в левом глазу Кушва*.

И по взгляду пойдёшь, по льду.

 


*) Название места нахождения «дома скорби» в Н-Тагиле (прим. автора).

 

 

+  +  +  

 

Женщина старше меня,

именно, старше себя,

или сама не своя,

и говорит – что дитя.

 

А не умея, зовёт,

и не смешнее предаст.

Возраст про правду  горазд,

а идиот – идиот.

 

 

 

ЭЛЕГИЯ

 

Я говорю тебе: - Привет!

и ухожу обратно.

Ведь у меня большой привет,

как будто непонятно…

 

Я не вернусь к тебе потом

с таким большим приветом,

и буду ласточкой летать,

как пуля или две.

 

 

 

+ + +

 

Потому, что другая память

завтра – сладкую тему парить,

что ли втюхивать душу дуре,

западло подпевая втуне,

 

 

а по жизни – то и по фене –

рвать джинсу на сугубом теле…

Ни любви – подсмотреть в ответе.

 

Знают только слепые дети.

 

 

 

+   +   +

 

Думаешь, что ненавидишь меня,

а ненавидишь себя.

Ночь выпадает на край декабря,

и зацветает звезда.

 

Женская нежность, как выдох, тверда.

Поздно, и нечего ждать.

В ихнем Тагиле нечем дышать,

незачем никогда.

 

 

 

 

YESTERDAYS

 

 

 

+  +  +

 

Надеяться ждать устав,

каная одно в одном, – 

ни в чём никогда не прав,

зато, виноват во всём.

 

Потом, понимай вдвойне,

без четверти говоря…

Зачем эта боль тебе? –

пусть будет она моя.

 

 

 

YESTERDАYS

 

 

1.

 

На бритой голове

хоть набело пиши.

Пурга не по зиме –

от шушары и лжи.

 

 

Я завтра буду жив,

и даже не умру,

по-фене поутру

вчера проговорив.

 

 

2.

 

на десять голосов

вроде конвойных псов

то улыбаясь то

так

          натощак

                            во что

 

 

выпучив плоский взор

вывернутый как вор

что же они орут

тут?

 

 

3.

 

Непоправимый свет

В проволочном нутре.

Прошлого в слове нет.

Голос искрит во вне...

 

Лагерной суки взгляд.

Тошный под небом лай.

Чёрный бушлатный ряд.

Как ни прощай – прощай.  

 

 

4.

Выеденной воды

сумеречная дрянь.

Слева растут грибы,

вкратце двоится даль.

 

А посреди всего

этого – никого,

кроме себя. Себя –

засветло погодя…

 

5.

по сроку отойдя

три правды у тебя

одна честней любви

другая – соль возьми

 

 

а в-третьих не спроси

смотря и не смотря

по свету от земли

твоя

 

 

ТИХАЯ  ЛИРИКА

 

 

Народу – как в презервативе,

вполне полно.

Не говорите мне о пиве,

оно говно!

 

Продольный день, подробный поезд…

Паришь – в душе:

тебе по икс, а ей по пояс,

а всем – уже……

 

 

 

+ + +

 

 

Вот и гляди, как шла, -

выцвела дотемна.

Не повторяй числа,

а досчитай до дня.

 

Не хрен Му-Му поить,

водку  в охапку лить…

Чтобы меня любить,

надо меня любить.  

 

 

 

+     +     +

 

                           Николаю

                        

если не сразу – то никогда

мало утопленнику сгореть

а  зае…сь – как себе Луна

фазу мозолит

                         тягая медь

 

 

не откликайся и не зови

а не грузи по еде ля-ля

лучше уж выкуси горстку зги

Судного дня

 

 

 

СЕРЕДИНА ОСЕНИ

(отвлечённые строфы)

 

1.

Изменить – как поверить.

Гляди – не соврёшь и так.

Или – ждать, или – нелюдь…

А начисто

                      вдоль – голяк.

                                   

 

Разговаривать скучно,

Зато, суета ясна.

И ещё потому, что

Двенадцатого числа.

 

2.

Недовесок – волчонок,

И дрожь ото сна до стука.

Недоделанных тёлок

Кругом суета и сука.

 

 

Не молчи, если честно,

А ответь по-иному,

Что дому –

Безлюдно давно,

                                     и место...

 

3.

Две козы напротив октября.

Голос, непрожёванный с печеньем.

Повторять-дышать по разночтеньям,

А не откровенно ни х…

 

 

Мальчуковый Вася – на мази.

За забором кчёмная эпоха.

Без запинок по темну к восьми...

Пожалей себя за ради Бога.

 

А, не узнавая, позови.

 

 

+     +     +    

 

 

Не зарекайся от сих и от сих,

нет за полправды любви.

Ну… притворись, как урочливый псих,-

помни, а не говори.

 

Ржавой колючкой цветёт слепота,

чёрствый кораблик – что есть…

Не возвращайся сюда никогда,

а оставайся: Бог – Весть.

 

 

+ + +

 

Сперматозоид, как смерть, одинок,

а воскресая от ста миллионов,

молча глядит – как несчастный Платонов

на потолок.

 

 

Ты не читай меня и не люби,

но, всё равно, остаются пространства

для возвращенья, и для постоянства –

дни.

 

 

СТИХОТВОРЕНИЕ

 

 

Я ухожу, мой  ангел, далеко –

пить Рококо и квасить Сулико,

Клико – такой же фраер, как и я,

любовь моя!

 

 

 

………………………………………..

……………………………….

…………………………………

…………………………………..

 

 

 

+   +   +  

 

 

Очнись! Тебе нехорошо?

Сквозь затемнённое стекло

В окаменевшее окно

Стучится – кто?..

 

- Ты Катя? – спрашиваю,

- Нет!

В ответ, как мёрзлая земля

с утра, как пьяная петля:

- Я…

 

 

НЕПОЙМИСКОЛЬКИСТИШИЕ

 

 

Лежачего – добить!

Какая, на хрен, жопа?

На всё ответить: - Бздыть…

Мужайся, Пенелопа,

 

 

А даже не жалей,

Не бойся и не помни…

Дурней – чем веселей!

Не нравится – не пей.

По сцене ходит гей.

(……………………..)

У букв прямые корни.

 

 

 

САД

 

 

 

+   +   +

 

Можно любить куклу,

или сучить лыко,

чтобы уесть букву,

и – вспоминать дико.

 

 

Завтра проймёт жажда,

или потом, возле –

так потерять страшно,

что не искать вовсе…

 

 

 

+     +     + 

 

перемени дорогу в срез

с двуногой разностью вразвес

с трёхпалой памятью во рту

пере-не-помня на виду

 

 

за семенами седины

про свет вникая в письмена

его зовёт его жена

из глубины из тишины

 

 

+     +     +

 

                                            Анне

 

Давай наведём порядок в плохой главе.

Душа наизусть растительна, как листва,

Где свет высыхает заживо, как во сне,

Когда слепота простительна, но едва

 

 

Исчезнут на днях геоглифы в белизне,

И станет не видно по снегу ни следа,

Пойдёт она, одинокая, как нигде –

Со всеми её любимыми навсегда.

 

 

 

ПСЕВДОДЕВЯТИСТИШИЕ

 

жди за другой другого

снова, а то и слепо –

не узнавая небо

(ни – предвкушая хлеба),

а утыкаясь вдово,

 

а норовя сопливо,

и пропадая – прямо.

и никакая яма

не остаётся слева.

 

 

 

 

+ + +

                                 Ленке (Михеевой)

 

 

У вещи женский род,

никто её неймёт

 

от чувств до вещества – 

бедовая молва

 

выкуривает вспять,

и нечего терять

 

до сна от немоты.

Жалей себя хоть ты.

 

 

 

 

+   +   +  

 

Понимай – что глухо,

как ни штуки в пачке.

Шепоток на ухо –

пол-всего в заначке.

 

 

От большого неба

далеко не мимо.

Погляди налево –

всё равно, красиво.

 

 

ПОДМАЛЁВОК

 

                                              Борису                   

Это влага такая – летая

никуда и туда  – запятая –

продолжается смежно и точно,

как бумажная почва,

 

таясь в пористый воздух – налево,

по-другому, наверно, на небо –

далеко,

                 где от места до места

ни жеста. 

 

 

 

 

 

ТЕНЬ

 

Липкая неприязнь

скажется слепотой.

Рознь – наградная казнь.

Не уходи, постой.

 

 

А не дразни беду

В кровь или по пятам.

Я за тобой приду

сам.

 

 

 

 

+ + +

                             Оле

 

Знаешь, что – скоро уже зима

выболит напролёт,

станут бесчувственными слова,

и голова пройдёт.

 

 

Разве так можно крапать следы –

как отомрёт земля?..

Если ты будешь со мной – на ты,

я тебе буду – я.

 

 

 

 

 

МОЛЬБА

                                             

 

Христос Воскресе, радость моя!

Свете Святый ото дня до дня,

милостыня в неурочный час,

ниточка для несуразных нас,

жалость живая – плохим и злым,

слово единственное – двоим,

и унижение – по любви.

 

И улыбнись Ему, и живи.

 

 

 

 

ПРОЩАНИЕ С САНДРО

 

 

Ты прости, а я – молчи!

Всё тебе теперь,

удивительно, почти

радостно, что – верь:

 

 

много разностей подряд

следом наперёд.

Мокша-Мокша – где твой сад,

а не огород…

 

 

 

ДОЖДЬ

 

 

                            Ленке (Сунцовой)

 

 

Прощай, моя печаль, – не смех тебе итог.

Я видел ближний свет. Июль короче сна.

Позарился скворец во тьму небесных крох,

а голос вне тебя, и ты себе одна.

 

 

Но возникает дождь из взгляда и воды,

И засветло свежо два времени подряд.

Для памяти – теперь – соцветья и следы.

Фуко не виноват, что он не виноват.                                                

 

 

 

+     +     +

 

1.

 

Помнишь? – давным-одно,

а не Сафо-собой –

утро в пустом пальто.

Как никому – чужой,

 

 

хочешь наоборот

знать про себя себя,

и отвечать нельзя:

голос живьём сжуёт.

 

2.

 

Каешься невпопад,

как с наготы до пят

не раздвоить в-седьмых,

а – целовать под дых.

 

чтобы смеяться в мать,

скуку черным строгать,

взгляд соскребать с ветвей

и не любить детей.

 

 

3.

 

Эхо зевает вслух,

пробует вкус слюны,

прячет солёный звук

внутрь листвы.

 

 

Дерево смотрит вдоль,

в даль утыкаясь, в день,

где между мной и мной

дверь.

 

 

 

 

+   +   +

                                      Наташе

 

Мальчик с пальчик, Бог с тобой!

Я тебе не Айболит.

А иди-тка ты домой

и порадуйся навзрыд.

 

 

Напиши к себе в тетрадь

что ли смех и самый свет.

Свойство света – исчезать,

а у смерти свойств нет.